Гостеприимство и чаепитие на Ярославской земле — это уникальный культурный феномен, сформировавшийся в XIX веке под влиянием богатого местного купечества. Ярославль, будучи крупным торговым центром на Волге, превратил обычное питьё чая в символ открытости, городского престижа и семейных ценностей.
В XIX веке ярославские купцы стали главными законодателями досуга. Знаменитые местные предприниматели Соболевы ввели традицию устраивать в своём саду открытые вечерние чаепития, куда приглашались все желающие горожане. За огромным общим столом собирались десятки людей, кипел самовар и подавалась свежая выпечка.
Эта традиция настолько полюбилась обществу, что позже ярославский губернатор Александр Михайлович Безобразов поддержал купеческую инициативу и лично выходил с самоваром на Волжскую набережную, демонстрируя единение власти и народа за чашкой чая.
Для менее зажиточных слоев населения Ярославля покупка настоящего китайского чая долгое время оставалась дорогой роскошью. Тем не менее, отставать от купеческой моды никто не хотел, поэтому чаепитие нередко превращалось в настоящее публичное представление.
Самовар выносили во двор или на веранду ближе к улице, чтобы каждый прохожий видел статус семьи. Вместо дорогого фабричного листа заваривали местные травы или морковный чай, который при обжарке давал насыщенный тёмный цвет, неотличимый издалека от элитного напитка. Особым шиком в Ярославле считалось умение изысканно пить из блюдца, удерживая его исключительно на кончиках пальцев или на раскрытой ладони, усердно дуя на горячий напиток.
Вот и знаменитая кустодиевская «Купчиха за чаем» была написана в декорациях древнего ярославского города на Волге Романова-Борисоглебска (ныне Тутаева).
Пышнотелая красавица пьет чай строго по правилам хорошего тона своего сословия — из фарфорового блюдца, кокетливо отставив пухлый мизинчик. А критики и зрители до сих пор шутят, что довольный, лениво трущийся о плечо полосатый кот имеет неуловимое портретное сходство со своей хозяйкой.
«Купчиха за чаем» (1918) Борис Кустодиев
«Извозчик в трактире» (1920) Борис Кустодиев